Глава 2
В ночь перед Рождеством
Дождливые деньки сменились снежными. Были метель и снегопад. Карлита молча шла по улице. Она уже начала замерзать, потому что её старые шмотки и босоножки не спасали от холода. Девушка не имела собственного житья, у неё не было родных и друзей. Ей везде отказывали в приюте, думали, что она воровка или ещё кто-нибудь похуже… И она жила, где придется…
Карлита нервно закурила. Вообще, она собиралась бросить из-за того, что ждала ребенка. И вот однажды она потеряла сознание от невыносимой боли. Ее заметили добросердечные прохожие, привели в чувство и отвели в больницу. Там она и родила
- Это девочка! - сказала акушерка. Карлита взяла ее. Малышка весила меньше нормы и была в меньше в росте из-за того, что появилась на свет раньше положенного срока. У нее был длинный острый носик и большие глаза. Карлита вгляделась в них. Они были очень светлые, почти прозрачные…
- Я назову тебя Мейси, - сказала Карлита, и, немного подумав, добавила, - Мейси Кредонли. У тебя такой же длинный нос, как у твоего отца. Хех…, - она прижала ребёнка к себе.
Через некоторое время Карлиту с ребенком выгнали из больницы, и девушка снова жила, где придется. Но оказалось не все так просто. Малышке нужен был теплый и уютный дом.
Приближалось Рождество. Люди украшали свои дома гирляндами, ангелами и веточками омелы. Карлита подхватила простуду, и ей становилось всё хуже и хуже. В ночь перед Рождеством она поняла, что больше не жилец в этом мире. Она стучала в дома в поисках ночлега, но везде ей говорили: «Ты сама виновата, что живешь на улице!» Напрасно думала бедная девушка, что под Рождество люди станут добрее, напрасно думала, что над ней и над Мейси сжалятся. Ведь у людей были свои семьи, свои дети, свои заботы… И им не нужна была какая-то бродячая девушка с ребенком.
Собрав силы, Карлита постучала в последний дом на этой улице. Хотя она уже не надеялась, что здесь ее помилуют. Дом был очень чудной. Четырёхэтажный, очень пропорциональный, но выглядел неустойчивым. За дверью послышалась возня и щелкнули задвижки и замки. В дверной проем вышла женщина средних лет, очень низкая и пухлая. У нее были добрые глаза.
- Да, чем могу помочь? – спросила она.
- Пожалуйста, пустите! – стуча зубами от холода, пробормотала Карлита.
- Конечно, мне очень приятно! - сказала женщина и жестом пригласила ее вовнутрь. Карлита вошла и окунулась в тепло и уют гостиной. Гостиная была очень маленькая и тесная, но уютная. С кухни вкусно пахло выпечкой. Карлита села в кресло и расслабилась.
- Чаю? - женщина пришла с подносом.
- Да, спасибо, - Карлита судорожно выпила горячий ароматный чай. Тут женщина, которую звали Энника, заметила какой-то сверток под ее курткой, который девушка прижала к себе и слегка покачивала.
- Позвольте, что это у вас там? – спросила Энника. Карлита молча вынула сверток и раскрыла его. Энника увидела безмятежно спящего ребенка, и на глаза от жалости навернулись слезы.
- Это Мейси. Милая, правда? – сказала девушка.
- Да, очень милая, - Энника смахнула слезы.
- Почему вы плачете?
- Очень жалко таких, как вы. Вот бы на свете не было одиноких и несчастных людей!
Карлита вдруг отчаянно закашляла и потеряла сознание. Страшно перепугавшая Энника вызвала доктора. «Туберкулез», - таков был его вердикт, когда девушка очнулась. Она слабела на глазах. И тут девушка вынула из кармана то самое кольцо, завязала его на веревочку и надела на шею Мейси.
- Прощай, дорогая. Мне будет тебя не хватать…, - она обняла малышку и скончалась.
Энника взяла ребенка на руки, посмотрела ей в глаза и что-то пробормотала. Малышка прислушалась к словам, но смотрела не на Эннику, а куда-то в упор, ей за спину.
- Она слепа! – ужаснулась Энника, - Бедная, бедная Мейси! – она разглядела кольцо на шее девочки. «Кредонли», - прочитала женщина.
Таким образом сиротка Мейси осталась жить у доброй Энники.